Page 14 - Газета "Родовая Земля"

14 • ДУШЕВНЫЕ ЦЕННОСТИ № 2 (259), февраль 2026 г.
«Родовая Земля»

Окончание. Начало на стр. 12. на следующий день. Подморози­
ло. Выпал тонкий снежок. День по­
атерина Петровна не встава­ белел, и небо было сухое, светлое, Бюро утраченных
ла уже десятый день. Ничего но серое, будто над головой протя­
не болело, но обморочная нули вымытую, подмёрзшую хол­
слабость давила на грудь, на стину. Дали за рекой стояли сизые.
Кголову, на ноги, и трудно бы­ От них тянуло острым и весёлым
ло вздохнуть. запахом снега, схваченной пер­
Манюшка шестые сутки не от­ вым морозом ивовой коры. мелочей
ходила от Катерины Петровны. На похороны собрались ста­
Ночью она, не раздеваясь, спала рухи и ребята. Гроб на кладбище
на продавленном диване. Иногда несли Тихон, Василий и два брата
Манюшке казалось, что Катери­ Малявины — старички, будто за­
на Петровна уже не дышит. Тогда росшие чистой паклей. Манюшка рассказ
она начинала испуганно хныкать с братом Володькой несла крыш­
и звала: живая? ку гроба и, не мигая, смотрела пе­
Катерина Петровна шевелила ред собой. Виктор Михайлович Светлаков другом», а «Наслаждение от хру­
рукой под одеялом, и Манюшка Кладбище было за селом, над поправил очки и взглянул на ка­ ста первого снега под ногами» за­
успокаивалась. рекой. На нём росли высокие, лендарь. Тридцать первое декаб­ терялась между «Умением не оби­
В комнатах с самого утра сто­ жёлтые от лишаёв, вербы. ря. Самый ответственный день в жаться на глупые замечания» и
яла по углам ноябрьская темнота, По дороге встретилась учи­ году для единственного сотруд­ «Способностью засыпать под зву­
но было тепло. Манюшка топила тельница. Она недавно приеха­ ника «Бюро утраченных мелочей» ки дождя».
печку. Когда весёлый огонь осве­ ла из областного города и никого при Департаменте эмоционально­ Виктор Михайлович присел на
щал бревенчатые стены, Катери­ ещё в Заборье не знала. го благополучия граждан. корточки среди бумажного моря и
на Петровна осторожно вздыхала — Учителька идёт, учителька! — Восемнадцать тысяч четы­ снял очки. Без них мир становил­
— от огня комната делалась уют­ — зашептали мальчишки. реста двенадцать единиц, — про­ ся мягким и размытым, как аква­
ной, обжитой, какой она была дав­ Учительница была молодень­ бормотал он, перелистывая кар­ рельный рисунок.
ным­давно, ещё при Насте. Кате­ кая, застенчивая, сероглазая, сов­ тотеку. — И это только зареги­ — Что же делать? — пробор­
рина Петровна закрывала глаза, и сем ещё девочка. Она увидела по­ стрированные потери. мотал он. — До Нового года оста­
из них выкатывалась и скользила хороны и робко остановилась, ис­ В углу кабинета тихо гудел ста­ лось... — взглянул на часы —
по жёлтому виску, запутывалась в пуганно посмотрела на малень­ ренький компьютер «Эмоция­98», ...семь часов и двадцать три ми­
седых волосах одна­единственная кую старушку в гробу. На лицо ста­ на котором хранилась база дан­ нуты.
слезинка. рушки падали и не таяли колкие ных утраченного за год. Каждая За окном уже стемнело. В квар­
Пришёл Тихон. Он кашлял, снежинки. Там, в областном горо­ карточка содержала подробное тирах напротив зажигались огонь­
сморкался и, видимо, был взвол­ де, у учительницы осталась мать описание: «Радость от найденной ки, люди готовились к празднику.
нован. — вот такая же маленькая, вечно в кармане старого пальто двадца­ А где­то там, в городе, ходили гра­
— Что, Тиша? — безсильно взволнованная заботами о дочери тирублевой купюры. Утрачена 15 ждане, которые так и не получили
спросила Катерина Петровна. и такая же совершенно седая. марта в 14:32, гражданин Петров обратно свои маленькие радости.
— Похолодало, Катерина Пет­ Учительница постояла и мед­ А.И., улица Солнечная, 12, кв. 8». Петров А.И. так и будет грустить,
ровна! — бодро сказал Тихон и ленно пошла вслед за гробом. Ста­ Или «Умиротворение от наблюде­ не понимая почему. Сидорова
с безпокойством посмотрел на рухи оглядывались на неё, шеп­ ния за падающим снегом. Потеря­ М.П. утратила способность нахо­ го воздуха.
свою шапку. — Снег скоро выпа­ тались, что вот, мол, тихая какая но 7 ноября в 19:15, гражданка Си­ дить красоту в простых вещах. И — Что это было? — удивил­
дет. Оно к лучшему. Дорогу мороз­ девушка и ей трудно будет пер­ дорова М.П., переулок Тихий, 3а». ещё восемнадцать тысяч людей... ся парень, но лицо его уже прос­
цем собьёт — значит, и ей будет вое время с ребятами — уж очень Виктор Михайлович знал своё — Не могу их подвести, — ре­ ветлело. — Странно... а ведь прав­
способнее ехать. они в Заборье самостоятельные и дело. Двадцать лет он собирал, шительно произнес Виктор Ми­ да, здорово, что у неё всё получи­
— Кому? — Катерина Петров­ озорные. классифицировал и готовил к воз­ хайлович, надевая очки обратно. лось! Надо ей цветы купить получ­
на открыла глаза и сухой рукой на­ Учительница наконец реши­ врату те крошечные радости, ко­ Он достал из ящика стола ше!
чала судорожно гладить одеяло. лась и спросила одну из старух, торые люди теряли в повседнев­ большую холщовую сумку с над­ — Обращайтесь! — крикнул
— Да кому же другому, как не бабку Матрену: ной суете. Согласно Положению писью «Для транспортировки ему вслед Виктор Михайлович,
Настасье Семёновне, — ответил — Одинокая, должно быть, № 1247/Б «О порядке обращения эмоциональных ценностей» и на­ уже спускаясь по лестнице.
Тихон, криво ухмыляясь, и выта­ была эта старушка? с утраченными эмоциональными чал складывать в неё карточки, На улице он снова полез в сум­
щил из шапки телеграмму. — Ко­ — И­и, мила­ая, — тотчас за­ ценностями», все накопленные за не разбирая. Раз компьютер сло­ ку. «Способность засыпать под
му, как не ей. пела Матрёна, — почитай что сов­ год мелочи должны быть возвра­ мался, а картотека перемешалась, шум дождя». Но дождя не было,
Катерина Петровна хотела сем одинокая. И такая задушевная щены владельцам до наступления придётся действовать по наитию. зато шёл снег. Виктор Михайлович
подняться, но не смогла, снова была, такая сердечная. Всё, быва­ Нового года. Иначе они оконча­ Первые снежинки закружи­ попробовал на вкус снежинку —
упала на подушку. ло, сидит и сидит у себя на диван­ тельно растворятся в небытии. лись за окном, когда Виктор Ми­ она пахнула детством и ванилью.
— Вот! — сказал Тихон, осто­ чике одна, не с кем ей слова ска­ — Компьютер, запустить про­ хайлович вышел на улицу. Сумка Значит, утраченная мелочь транс­
рожно развернул телеграмму и зать. Такая жалость! Есть у неё в цедуру сортировки по географи­ оттягивала плечо — утраченные формировалась. «Способность за­
протянул еёе Катерине Петровне. Ленинграде дочка, да, видно, вы­ ческому принципу, — скомандо­ мелочи хоть и невесомы по от­ сыпать под шёпот снега» — это
Но Катерина Петровна её не соко залетела. Так вот и померла вал Виктор Михайлович. дельности, в совокупности обла­ даже лучше.
взяла, а всё так же умоляюще смо­ без людей, без сродственников. Машина загудела сильнее, дали особой тяжестью. Тяжестью Напротив остановился таксист
трела на Тихона. На кладбище гроб постави­ экран мигнул, и вдруг раздался несбывшихся ожиданий и упу­ и высунулся из окна:
— Прочти, — сказала Манюш­ ли около свежей могилы. Стару­ треск. Запахло горелой пластмас­ щенных возможностей для сча­ — Мужик, ты чего снег жрёшь?
ка хрипло. — Бабка уже читать не хи кланялись гробу, дотрагива­ сой. стья. — Профессиональная необхо­
умеет. У неё слабость в глазах. лись тёмными руками до земли. — Ошибка системы! — высве­ — Так, — пробормотал он, вы­ димость, — важно ответил Виктор
Тихон испуганно огляделся, Учительница подошла к гробу, на­ тилось на экране. — Критический таскивая наугад первую карточ­ Михайлович. — А вы не страдаете
поправил ворот, пригладил ры­ клонилась и поцеловала Катери­ сбой! Обратитесь к системному ку. — «Умение радоваться чужим безсонницей?
жие редкие волосы и глухим, не­ ну Петровну в высохшую жёлтую администратору! успехам. Утрачено гражданином... — Да как угадал! Третий день
уверенным голосом прочёл: «До­ руку. Потом быстро выпрямилась, — Какой системный админис­ э­э­э...» — чернила расплылись от глаз не сомкнул. Работаю без про­
жидайтесь, выехала. Остаюсь всег­ отвернулась и пошла к разрушен­ тратор! — возмутился Виктор Ми­ влаги — «...неразборчиво. Адрес: дыху, денег на Новый год зарабо­
да любящая дочь ваша Настя». ной кирпичной ограде. хайлович. — Я же один тут рабо­ что­то на букву «М»». тать хочу.
— Не надо, Тиша! — тихо ска­ За оградой, в лёгком перепар­ таю! Виктор Михайлович оглядел­ — Вот! — Виктор Михайлович
зала Катерина Петровна. — Не на­ хивающем снегу лежала любимая, В этот момент пол под ногами ся. Улица Маяковского, дом пят­ подошёл к машине и дохнул в от­
до, милый. Бог с тобой. Спасибо чуть печальная, родная земля. едва заметно дрогнул. Виктор Ми­ надцать. Почему бы и нет? крытое окно. Вместе с морозным
тебе за доброе слово, за ласку. Учительница долго смотрела, хайлович, обладавший повышен­ Он зашёл в подъезд и случай­ воздухом в салон проскользнуло
Катерина Петровна с трудом слушала, как за её спиной пере­ ной чувствительностью к вибра­ но выбрал третий этаж. У двери с что­то неуловимое. — Теперь бу­
отвернулась к стене, потом как говаривались старики, как стуча­ циям (профессиональное качест­ номером «12» остановился моло­ дете спать, как младенец. Только
будто уснула. ла по крышке гроба земля и дале­ во: утраченные мелочи часто пря­ дой человек с букетом роз, явно не за рулём!
Тихон сидел в холодной прихо­ ко по дворам кричали разноголо­ чутся в самых незаметных колеба­ не первой свежести. Таксист вдруг зевнул и блажен­
жей на лавочке, курил, опустив го­ сые петухи — предсказывали яс­ ниях реальности), мгновенно по­ — Простите, — обратился к но потянулся.
лову, сплёвывал и вздыхал, пока ные дни, лёгкие морозы, зимнюю чувствовал подземные толчки. нему Виктор Михайлович. — Вы — Странно... а ведь действи­
не вышла Манюшка и не помани­ тишину. — Землетрясение! — ахнул не теряли случайно умение радо­ тельно хочется домой, к жене, чаю
ла в комнату Катерины Петровны. В Заборье Настя приехала на он. ваться чужим успехам? попить и спать лечь. Спасибо, му­
Тихон вошёл на цыпочках и второй день после похорон. Она Толчок был слабым — все­ Молодой человек недоумённо жик!
всей пятернёй отёр лицо. Катери­ застала свежий могильный холм го два балла по шкале Рихтера. уставился на странного дядечку в Виктор Михайлович помахал
на Петровна лежала бледная, ма­ на кладбище (земля на нём смёр­ Обычные люди его даже не заме­ потёртом пальто. ему рукой и двинулся дальше по
ленькая, как будто безмятежно злась комками) и холодную тём­ тили. Но картотека Виктора Ми­ — Что? А... да нет. То есть... мо­ заснеженной улице.
уснувшая. ную комнату Катерины Петровны, хайловича, расположенная на са­ жет быть. Я вот к девушке иду, она
— Не дождалась, — пробор­ из которой, казалось, жизнь ушла мой верхней полке старого шка­ вчера диплом защитила, с крас­ К девяти вечера он добрал­
мотал Тихон. — Эх, горе её горькое, давным­давно. фа, пришла в движение. Ящики ным дипломом закончит, а я... я ся до центра города. Главная пло­
страданье неписаное! А ты смотри, В этой комнате Настя проплака­ один за другим выпадали на пол, почему­то злюсь. Вроде бы радо­ щадь сияла праздничными огня­
дура, — сказал он сердито Манюш­ ла всю ночь, пока за окнами не за­ рассыпая тысячи карточек. ваться надо, а злюсь. Зависть ка­ ми, играла музыка, люди фотогра­
ке, — за добро плати добром, не синел мутный и тяжёлый рассвет. — Караул! — завопил Виктор кая­то. фировались у ёлки. Но Виктор Ми­
будь пустельгой... Сиди здесь, а я Уехала Настя из Заборья кра­ Михайлович, бросаясь собирать — Точно! — обрадовался Вик­ хайлович видел то, что скрыва­
сбегаю в сельсовет, доложу. дучись, стараясь, чтобы её никто бумажки. — Двадцать лет систе­ тор Михайлович и полез в сумку. лось за фасадом веселья — тоску
Он ушёл, а Манюшка сидела на не увидел и ни о чём не расспра­ матизации! — Держите. в глазах одинокой пожилой жен­
табурете, подобрав колени, тря­ шивал. Ей казалось, что никто, Карточки смешались в причуд­ Он протянул молодому чело­ щины, раздражение уставшего
слась и смотрела, не отрываясь, кроме Катерины Петровны, не мог ливом хаосе. «Вкус утреннего ко­ веку что­то невидимое, но ощу­ продавца воздушных шаров, ску­
на Катерину Петровну. снять с неё непоправимой вины, фе в постель» перепуталась с «Ра­ тимое. Словно дуновение тёпло­ ку подростка, который явно пред­
Хоронили Катерину Петровну невыносимой тяжести. достью от встречи со школьным го ветерка, словно глоток свеже­ почёл бы быть в любом другом